Была пора: наш праздник молодой
Сиял, шумел и розами венчался,
И с песнями бокалов звон мешался,
№4 И тесною сидели мы толпой.
Тогда, душой беспечные невежды,
Мы жили все и легче и смелей,
Мы пили все за здравие надежды
№8 И юности и всех ее затей.
Теперь не то: разгульный праздник наш
С приходом лет, как мы, перебесился,
Он присмирел, утих, остепенился,
№12 Стал глуше звон его заздравных чаш;
Меж нами речь не так игриво льется,
Просторнее, грустнее мы сидим,
И реже смех средь песен раздается,
№16 И чаще мы вздыхаем и молчим.
Всему пора: уж двадцать пятый раз
Мы празднуем лицея день заветный.
Прошли года чредою незаметной,
№20 И как они переменили нас!
Недаром — нет! — промчалась четверть века!
Не сетуйте: таков судьбы закон;
Вращается весь мир вкруг человека, —
№24 Ужель один недвижим будет он?
Припомните, о други, с той поры,
Когда наш круг судьбы соединили,
Чему, чему свидетели мы были!
№28 Игралища таинственной игры,
Металися смущенные народы;
И высились и падали цари;
И кровь людей то Славы, то Свободы,
№32 То Гордости багрила алтари.
Вы помните: когда возник лицей,
Как царь для нас открыл чертог царицын,
И мы пришли. И встретил нас Куницын
№36 Приветствием меж царственных гостей.
Тогда гроза двенадцатого года
Еще спала. Еще Наполеон
Не испытал великого народа —
№40 Еще грозил и колебался он.
Вы помните: текла за ратью рать,
Со старшими мы братьями прощались
И в сень наук с досадой возвращались,
№44 Завидуя тому, кто умирать
Шел мимо нас... и племена сразились,
Русь обняла кичливого врага,
И заревом московским озарились
№48 Его полкам готовые снега.
Вы помните, как наш Агамемнон
Из пленного Парижа к нам примчался.
Какой восторг тогда пред ним раздался!
№52 Как был велик, как был прекрасен он,
Народов друг, спаситель их свободы!
Вы помните — как оживились вдруг
Сии сады, сии живые воды,
№56 Где проводил он славный свой досуг.
И нет его — и Русь оставил он,
Взнесенну им над миром изумленным,
И на скале изгнанником забвенным,
№60 Всему чужой, угас Наполеон.
И новый царь, суровый и могучий,
На рубеже Европы бодро стал,
И над землей сошлися новы тучи,
№64 И ураган их...
Byla pora: nash prazdnik molodoy
Sial, shumel i rozami venchalsya,
I s pesnyami bokalov zvon meshalsya,
I tesnoyu sideli my tolpoy.
Togda, dushoy bespechnye nevezhdy,
My zhili vse i legche i smeley,
My pili vse za zdraviye nadezhdy
I yunosti i vsekh yee zatey.
Teper ne to: razgulny prazdnik nash
S prikhodom let, kak my, perebesilsya,
On prismirel, utikh, ostepenilsya,
Stal glushe zvon yego zazdravnykh chash;
Mezh nami rech ne tak igrivo lyetsya,
Prostorneye, grustneye my sidim,
I rezhe smekh sred pesen razdayetsya,
I chashche my vzdykhayem i molchim.
Vsemu pora: uzh dvadtsat pyaty raz
My prazdnuyem litseya den zavetny.
Proshli goda chredoyu nezametnoy,
I kak oni peremenili nas!
Nedarom — net! — promchalas chetvert veka!
Ne setuyte: takov sudby zakon;
Vrashchayetsya ves mir vkrug cheloveka, —
Uzhel odin nedvizhim budet on?
Pripomnite, o drugi, s toy pory,
Kogda nash krug sudby soyedinili,
Chemu, chemu svideteli my byli!
Igralishcha tainstvennoy igry,
Metalisya smushchennye narody;
I vysilis i padali tsari;
I krov lyudey to Slavy, to Svobody,
To Gordosti bagrila altari.
Vy pomnite: kogda voznik litsey,
Kak tsar dlya nas otkryl chertog tsaritsyn,
I my prishli. I vstretil nas Kunitsyn
Privetstviyem mezh tsarstvennykh gostey.
Togda groza dvenadtsatogo goda
Yeshche spala. Yeshche Napoleon
Ne ispytal velikogo naroda —
Yeshche grozil i kolebalsya on.
Vy pomnite: tekla za ratyu rat,
So starshimi my bratyami proshchalis
I v sen nauk s dosadoy vozvrashchalis,
Zaviduya tomu, kto umirat
Shel mimo nas... i plemena srazilis,
Rus obnyala kichlivogo vraga,
I zarevom moskovskim ozarilis
Yego polkam gotovye snega.
Vy pomnite, kak nash Agamemnon
Iz plennogo Parizha k nam primchalsya.
Kakoy vostorg togda pred nim razdalsya!
Kak byl velik, kak byl prekrasen on,
Narodov drug, spasitel ikh svobody!
Vy pomnite — kak ozhivilis vdrug
Sii sady, sii zhivye vody,
Gde provodil on slavny svoy dosug.
I net yego — i Rus ostavil on,
Vznesennu im nad mirom izumlennym,
I na skale izgnannikom zabvennym,
Vsemu chuzhoy, ugas Napoleon.
I novy tsar, surovy i moguchy,
Na rubezhe Yevropy bodro stal,
I nad zemley soshlisya novy tuchi,
I uragan ikh...
,skf gjhf: yfi ghfplybr vjkjljq
Cbzk, ievtk b hjpfvb dtyxfkcz,
B c gtcyzvb ,jrfkjd pdjy vtifkcz,
B ntcyj/ cbltkb vs njkgjq/
Njulf, leijq ,tcgtxyst ytdt;ls,
Vs ;bkb dct b ktuxt b cvtktq,
Vs gbkb dct pf plhfdbt yflt;ls
B /yjcnb b dct[ tt pfntq/
Ntgthm yt nj: hfpuekmysq ghfplybr yfi
C ghb[jljv ktn, rfr vs, gtht,tcbkcz,
Jy ghbcvbhtk, enb[, jcntgtybkcz,
Cnfk ukeit pdjy tuj pfplhfdys[ xfi;
Vt; yfvb htxm yt nfr buhbdj kmtncz,
Ghjcnjhytt, uhecnytt vs cblbv,
B ht;t cvt[ chtlm gtcty hfplftncz,
B xfot vs dpls[ftv b vjkxbv/
Dctve gjhf: e; ldflwfnm gznsq hfp
Vs ghfplyetv kbwtz ltym pfdtnysq/
Ghjikb ujlf xhtlj/ ytpfvtnyjq,
B rfr jyb gthtvtybkb yfc!
Ytlfhjv — ytn! — ghjvxfkfcm xtndthnm dtrf!
Yt ctneqnt: nfrjd celm,s pfrjy;
Dhfoftncz dtcm vbh drheu xtkjdtrf, —
E;tkm jlby ytldb;bv ,eltn jy?
Ghbgjvybnt, j lheub, c njq gjhs,
Rjulf yfi rheu celm,s cjtlbybkb,
Xtve, xtve cdbltntkb vs ,skb!
Buhfkbof nfbycndtyyjq buhs,
Vtnfkbcz cveotyyst yfhjls;
B dscbkbcm b gflfkb wfhb;
B rhjdm k/ltq nj Ckfds, nj Cdj,jls,
Nj Ujhljcnb ,fuhbkf fknfhb/
Ds gjvybnt: rjulf djpybr kbwtq,
Rfr wfhm lkz yfc jnrhsk xthnju wfhbwsy,
B vs ghbikb/ B dcnhtnbk yfc Reybwsy
Ghbdtncndbtv vt; wfhcndtyys[ ujcntq/
Njulf uhjpf ldtyflwfnjuj ujlf
Tot cgfkf/ Tot Yfgjktjy
Yt bcgsnfk dtkbrjuj yfhjlf —
Tot uhjpbk b rjkt,fkcz jy/
Ds gjvybnt: ntrkf pf hfnm/ hfnm,
Cj cnfhibvb vs ,hfnmzvb ghjofkbcm
B d ctym yfer c ljcfljq djpdhfofkbcm,
Pfdblez njve, rnj evbhfnm
Itk vbvj yfc/// b gktvtyf chfpbkbcm,
Hecm j,yzkf rbxkbdjuj dhfuf,
B pfhtdjv vjcrjdcrbv jpfhbkbcm
Tuj gjkrfv ujnjdst cytuf/
Ds gjvybnt, rfr yfi Fufvtvyjy
Bp gktyyjuj Gfhb;f r yfv ghbvxfkcz/
Rfrjq djcnjhu njulf ghtl ybv hfplfkcz!
Rfr ,sk dtkbr, rfr ,sk ghtrhfcty jy,
Yfhjljd lheu, cgfcbntkm b[ cdj,jls!
Ds gjvybnt — rfr j;bdbkbcm dlheu
Cbb cfls, cbb ;bdst djls,
Ult ghjdjlbk jy ckfdysq cdjq ljceu/
B ytn tuj — b Hecm jcnfdbk jy,
Dpytctyye bv yfl vbhjv bpevktyysv,
B yf crfkt bpuyfyybrjv pf,dtyysv,
Dctve xe;jq, eufc Yfgjktjy/
B yjdsq wfhm, cehjdsq b vjuexbq,
Yf he,t;t Tdhjgs ,jlhj cnfk,
B yfl ptvktq cjikbcz yjds nexb,
B ehfufy b[///
Анализ стихотворения
| Символов | 2 052 |
| Символов без пробелов | 1 706 |
| Слов | 333 |
| Уникальных слов | 221 |
| Значимых слов | 105 |
| Стоп-слов | 134 |
| Строк | 64 |
| Строф | 8 |
| Водность | 68,5 % |
| Классическая тошнота | 2,00 |
| Академическая тошнота | 4,9 % |
Строфы
Размер: пятистопный ямб
Стопа: двухсложная с ударением на 2-м слоге
| Строки | Рифмы | Рифмовка |
|---|
| 8 строк, восьмистишие | молодой-венчался-мешался-толпой | ABBA CACA |
| 8 строк, восьмистишие | наш-перебесился-остепенился-чаш | ABBA CDCD |
| 8 строк, восьмистишие | раз-заветный-незаметной-нас | ABBA CDCD |
| 8 строк, восьмистишие | поры-соединили-были-игры | ABBA CDCD |
| 8 строк, восьмистишие | лицей-царицын-куницын-гостей | ABBA CDCD |
| 8 строк, восьмистишие | рать-прощались-возвращались-умирать | ABBA BCBC |
| 8 строк, восьмистишие | агамемнон-примчался-раздался-он | ABBA CDED |
| 8 строк, восьмистишие | он-изумленным-забвенным-наполеон | ABBA CDEF |
Семантическое ядро
| Слово | Кол-во | Частота |
|---|
| помнить | 4 | 1,20 % |
| народ | 3 | 0,90 % |
| оно | 3 | 0,90 % |
| пора | 3 | 0,90 % |
| все | 2 | 0,60 % |
| звон | 2 | 0,60 % |
| лицей | 2 | 0,60 % |
| межа | 2 | 0,60 % |
| над | 2 | 0,60 % |
| наполеон | 2 | 0,60 % |
Была ли эта страница вам полезна?
Да!Нет6 посетителей считают эту страницу полезной.
Большое спасибо!
Ваше мнение очень важно для нас.
2 комментарияНе стесняйтесь поделиться с нами вашим ценным мнением.
Ну что, нормальный анализ так никто и не сделал?.. Неужели так сложно определить тему, идею и основную мысль стихотворения? Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы описать, какие были использованы литературные приёмы, метафоры, эпитеты, сравнения, олицетворения, художественные и изобразительно-выразительные средства.
Ахаха, милый сайт
Текст